Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Другу Маше

Однажды я чуть было не женился.
И, не надо сарказма: мол, удивили, так удивили.
Никогда такого не было, и вот, опять.
Свежо.
Но, все было не так.
А было вот как: на сто девяносто третьем километре трассы «Дон» меня остановил экипаж дпс.
- Мммм, хмхмхмх, тстстс,шшшшшшш - ваши документы! – бодро представился милиционер.
Высунул ему в окно документы. И - рожу, чтоб сразу исключить вопросы про алкогольное опьянение. Чтоб было видно, - да откуда у нас, змеиное молоко, алкоголь и опьянение: мы и сами еле живы. С такого-то бадуна.
- Откройте, пожалуйста, багажник, - тут же попросил милиционер.
Понятия не имею, быть может, он надеялся, что в багажнике найдется лицо поприятней. Возможно, он просто соскучился по видам на какой-нибудь домкрат или аварийный знак.
И мне пришлось вылезать из-за руля.
Все, как учили: здоровой, несломанной ногой – вперед, а потом, как умел сам – загипсованной - цепляюсь за коврик, и – бабах, прямо в крепкие объятия милиционера.
Причем, со спины.
Ну и, такие, упали. Лежим. Чувствуем новизну момента, друг друга и холодный асфальт.
Елозим, потихоньку, что твоя глубоко, давно семейная пара.
Я – вяло доминирую, предчувствуя скорый переход в пассив и жесткий догги-стайл.
Он – активно помогает.
Из милицейской машины несется его напарник с автоматом и криками: стой, буду стрелять.
- В кого ты, блять, баран, собрался стрелять?! – орет этот, снизу.
- Ты же нас захуяришь обоих! Все нормально, просто сними его с меня!
- Странные у них, однако, представления о нормальности, - подумал я, но- охотно снялся.

Collapse )

Л - логика

В сонной прогорклой тиши придорожного ресторана, уверенно орудуя ножом, вилкой и еще каким-то слесарно-садовым инструментом, блондинка потрясающе красоты расправлялась с чем-то очень похожим на кусок целинного дерна, выпиленного вместе с растущими из него лопухами и прочей сорной травой.
- Какая ловкая и привлекательная особа, - так, или примерно так, подумал я.
И немедленно выпил.

- Алло, Катю̀? – тем временем блондинка уже отложила инструмент в сторону и взялась за сотовый телефон.
– Да, звонила. Слушай, ну мы тут все считаем, что ты неправа, ок? Да, это про твоего бывшего.
Нельзя каждый день названивать человеку, который больше для тебя не существует и говорить ему, что его больше для тебя не существует!
Как почему?! Ты крейзи? Да потому, что его больше не существует!
- Вдобавок - смышленая, - отметил я.
И немедленно выпил еще.

- Да чего ты не понимаешь?! – возмущалась блондинка. – Вот смотри, когда ты ему звонишь, это как бы означает, что он существует! Ведь нельзя позвонить тому, кого нет!!
- Еще и терпеливая, - подумал я. - Ой все.

Но, вместо того, чтоб срочно, раз и навсегда связать с ней свою судьбу, или, хотя бы, выпить, я неосторожно вспомнил, что мне совершенно не нужно никаких проблем – потому что я прекрасно умею создавать их себе сам.
И - немедленно выпил.
И – еще.

(no subject)

Когда-то я думал, что знаю плохих снах все. Настолько, что заснуть становилось самой настоящей проблемой: меня постоянно резали, стреляли или мочили врукопашную - как шутил один мой, страдающий от подобных же проблем, «коллега» – смысл засыпать, если и там все то же самое?
Но, жизнь успокоилась. Успокоился и я: кошмары приобрели некоторую долю благородного безумия. Лабиринты, без пола, потолков и стен.
Одномерные или многомерные пространства, где тебя то ужимает до бесконечно стремящейся к нулю точки, то разбивает на такие фигуры и объемы, которым нет описания ни в человеческом разуме, ни, тем более, языке.
Осознанные сновидения, после которых просыпаешься с напрочь дурной и усталой башкой, потому что- так и не успел отдохнуть в отключке: надо же было постоянно, чуть ли не ежесекундно редактировать сон, чтоб он не пошел не туда.
А потом меня почти оставили в покое и эти сны.

Collapse )

Супы

Кстати, о здоровом образе жизни: питаться нужно правильно. Если вы питаетесь – это правильно.
Я пол-утра варил суп. Рецепт его эксклюзивно прост: содержимое холодильника высыпать в кастрюлю, залить холодной водой. Газ не зажигать, свет не включать, шторы задернуть, уходить туда, где есть нормальная еда, но без суеты и спешки.
Впрочем, существует вариант для экстремалов: поставить кастрюлю с содержимым холодильника на медленный огонь, и варить до полной готовности: иншалла, все там будем, пойду, поем.
Многофункциональность - вот отличительно выгодная черта, присущая большинству изготовленных мною блюд. Ими можно пугать малых детей, забивать гвозди или размягчать самые чорствые женские сердца до состояния – господи, да как так можно вообще, приходи вечером, хоть нормально поешь.

Collapse )

ЖЭПЭ

помимо прочего всего вообще, я ненавижу т.н сетевой письменный жанр женской прозы.
ну, это такая вот байда, когда тридцать минут продираешься через нагромождение прилагательных за смыслом текста, потом, недоуменно пялясь в ничто-ничего, еще дольше, и еще внимательнее, лезешь обратно.
а смысла, даже хотя бы намека на призрачные отблески его тончайших игр, как ни было -так и нет.
ни единой самой затрапезной мыслишки.
одна бесконечная атмосфэра.
и тысячи - ах, как гениально. как вкусно. пишите раман.

и я все думал - а зачем же это? а почему же это? а что же это, бабоньки, такое творится? пока сегодня вечером не зашел в кабак с целью утоления той самой, знакомой лишь немногим, чорной, что твоя безлунная ночь, жажды, прозрачной, как чистый горный ручей, текущий в величественной тишине покойных и могучих гор, где так ласково и осторожно, невзирая на всю свою беззащитную близость к яростной пустоши бескрайнего неба, короче -  въебал, сижу, слушаю - смотрю.
а там разговаривают двое и один такой: бля, она залетела. говорит, - буду рожать. нет, ну ты вот скажи, о чем и чем она думала?
а другой так отстранено говорит, - о, брат. если бы они вообще думали, то кто бы вообще стал рожать?

и тут я все понял, все принял и всех простил.
думать не надо, думать нельзя.
пишите сколько угодно, и как угодно.
и читайте.
и лайкайте гениальное.
но если, блять, через девять месяцев не родите.
в общем - я предупреждал.

Отцы и дети

Недалеко от моего дома стоит киоск с армянами, но торгуют там, все же, шаурмой.
Я бы мог, конечно, наврать, что вот так вот я готовлюсь к пляжному сезону. Спецдиета: шаурма и кола. Чтоб как вышел я такой на пляж, и все ширококостные люди с замедленным метаболизмом облегченно вздохнули, - фух, а я-то думал, что это я безобразный жирный урод. А я-то еще ничего!
И им от этого становилось спокойно, радостно и легко.
Но, это все - чистая правда. А я пока не умею ее врать.


За прилавком и рабочим столом там обычно вежливый, доброжелательный армянский мальчик с очень хорошей памятью на клиентов.
Раскланиваемся, беседуем с ним о погоде. Хорошего дня – да-да, и вам его же не избежать!
А тут, как-то раз, захожу, - точно такой же армянский мальчик, только, лет на тридцать постарше.
И на второй раз – тоже самое.
- Вкусная, - зачем-то сообщаю, - у вас шаурма. А обычно тут у вас работает юноша, у него тоже вкусная, но, другая.
- Так конечно! – говорит мужчина. – Это же мой сын! Он молодой, он старательный, у него все получается лучше, чем у меня!
А через пару недель в киоске опять появился мальчик.
- Слушайте, - опять же непонятно зачем говорю. – Я тут две недели затоваривался у вашего папы. Знаете, казалось бы, состав один и тот же, а готовит он шаурму совершенно иначе.
- Так конечно! – улыбается мальчик. Я-то готовлю всего пятнадцать лет, а у папы стаж - уже сорок. Само собой, у него все вкусней!

Collapse )

До и после фонаря

Ходил фотографировать фонарь, сомнительное такое достижение, да и удовольствие, честно говоря, ниже среднего. но там были такие снежинки, а вокруг везде темнота, да и вообще- все неумехи, если не фотографируют рябину в снегу или закат, ходят и общелкивают какой-нибудь фонарь. 

Ну и просто захотелось честной картинки. чтоб запечатлеть момент - как он есть, без лишних и туманных слов. потому что, возьмись ты сейчас описывать этот треклятый фонарь, то обязательно нарисуется какой-нибудь танец снежинок на свету. а примешься читать, и что там был за свет? и цвет? и какой там у них случился танец: классический вальс или современное трясожопие? - ничего не понять.  К чорту, к чорту все эти слова, от них всегда получается только какое-нибудь нечаянное или специальное вранье.

А там, недалеко от картинки, распахнув капот, стоял хюндай. под капотом возился молодой человек, вокруг ходила владелица машины и всячески мешала ему помощью, - то засветит фонариком в глаза, то треснет в зубы каким-нибудь озябшим бутербродом: - ща, - говорит он. - все, нашел: провод отвалился. прикручу- заведется - поедешь. кстати, а чего ты вся такая радостная тут ходишь, я не пойму. 

- Ну, как чего. ты же меня простил!,- отвечает она. 

- Да с чего ты взяла? 

- Ну, приехал же. вот, машину делаешь. 

- Не, — говорит он, — я тебя совсем не понимаю. ты позвонила, попросила завести машину, я приехал ее заводить.  А попросила бы приехать и простить - я не поехал бы, а знаешь почему? Потому что - не прощу.

-Да-да, конечно- конечно, -  смеется она. - Все именно так. Именно заводить и приехал, и не простил, ага. Ты сам-то себя сейчас слышишь? Сам себе веришь? 

Испуганно взвигнув ремнями, закашлялся было, но разошелся в рыке хюндай.  Хлопнула дверь, - ой, спасибо!

 -Ну все, можешь ехать, а я - пойду...

Снежинки все падали, я все щелкал, хендай бормотал на холостом ходу и никуда не ехал. 

Вернувшись домой, открыл фотки на ноутбуке: ну, в общем, как.  Все получилось совсем не так.


Жить в твоей голове.

Так вот, однажды, ты замечаешь, что кто-то живет в твоей голове. И даже неудобно как-то поинтересоваться, - а, собственно, это с какого такого коммунального хозяйства? Кто разрешил вам здесь этот праздник сервитута?
Но, - бог с ним, - думаешь. Ну и пускай живет, места хватает, пустота: крикнешь, - эй! - так полчаса еще будет колотиться эхом от всех стенок.
К тому же негромко вроде живет. Не буянит, в борщ не плюется. Пусть.
И ты не то, чтоб напряженно, но регулярно начинаешь прислушиваться.

Допустим, утром, когда кхе-кхе-кхе, дурацкий бронхит, надо бросать курить, чирк - зажигалка. И, вдруг, - кстати, как оно там в моей голове поживает? Не завывает ли пылесосом? Не слышен ли отчаянный перестук дрелей? Полочки, веревочки, не появились?
Но вроде нет, все тихо, все хорошо. Напевает, правда, изредка. Что-то вроде даже такое, сначала просто знакомое, а потом уже привычное.

Вечер. Осень. За окнами – сепия. Чирк – зажигалка. Чирк-чирк-чирк – зажигалка. Чирк, чирк, да, блин, что за зажигалки стали выпускать, а.

Кстати, а оно там, в голове, чего и как?
Надо же, сопит, да так, что даже не выругаться толком, ну не будить же. Ты смотри и не спрашивает, ну и где я шлялся всю свою никчемную жизнь вообще, и в частности – вчера до четырех утра.

И снова все хорошо. И даже не хочется писать никаких букв, потому что, - думаешь ты, - все эти твои буквы – они не от радости и не для нее, а от невмещаемых потрясений души, бесконечного одиночества и прочего бугагага.

Ну какие теперь могут быть невмещаемые эти и бесконечные те, когда кто-то живет в твоей голове.
Да и буква теперь доступна только одна, и буква эта – Ыыыыыыыыы!
Кстати, что оно там, в голове, мурлычет? Колыбельную, что ли...

И так день исходит за днем. И вся эта чья-то жизнь в твоей голове, такая нужная и родная, что даже неловко у нее спросить, - ну и зачем же ты, сука, так метастазируешь?